Султонмуроди Одина -Республики Таджикистан

Султонмуроди Одина

Биография  СУЛТОНМУРОДИ ОДИНА

                                (Одинаев Султон)   

            Султонмуроди Одина родился 3 ноября 1950 году в селе Кухон города Гисар, Республики Таджикистан. Средное образование получил в школах №56 и 12 Гисарского района. Выпусник факултета литературы и родного языка Государственного университета Таджикистан 1972г..  После окончания университета начал работу в средней школе №52 Гисарского района.   С 1976-80 работал директором средней школы № 101.  С 1980 г. работал  прессекретарём испольнительного комитета, зам. председателя Совета народных депутатов района и руководителем аппарата председателя Гисарского района. Также с 1994 по 2000 г. являлся членом Центраальной комиссии по выборам и референдумам Республики Таджикистан. С 2007 по 2013 работал заместителем зав.отдела образования, главным редактором журнала “Маорифи Хисор”  (просвещения Гисара) . С 2012 г. работал гл.редактором журнала   “Ҳисори зарнисор”. С 2013 по 2016г. советник председателя местной испольнительной власти.

          Творчеством занимается с юнных лет. Первые рассказы Султонмуроди Одина публиковались 1963 г. в газете пионер. Писал рассказы, стихи, сценические, публицистические, юридические и просветительские произведения.

          Автор более 50 книг. В том числе «Джамоат» (1995), «Место благодати» (2000), «Путеводитель к мудрости» (2004 г.), «Путь совершенства» (2004 г.), «Тайна талисмана» (2005 г.), «Арийские праздники» (2006 г.), «Практика школьного контроля», «Читаем Рудаки!»  (2007), «Хороший ребенок – отцовский сад» (2007, 2009), «Гиссарское землетрясение» (2008), «Смерть Цезаря» (2008)  и т.д.

          Его произведения переведены и опубликованы на узбекские и русскые языки.

Участник в более 30 сборниках. В том числе «Вождь», «Памир», «Доброе воспоминание», «Прошлая весна», «Феномен таланта», «Насими Гиссар», «Навруз Гиссара», «Песни долины» и др.   

Автор 200 статей и редактор более 100 книг.  

 Переводил произведение многих современных русскоязычних писателей и поэтов.

Награждён медалю “Заслуженный деятель Республики Таджикистана”, “Отличник науки, культуры и СМИ Таджикистана” и государственными дипломами.

С 2001 г. член Союза писателей Таджикистана и международной конфедерации журналистов.

С К Р Ы Т А Я    Р А Н А

Рассказ

          Его тело содрогалось, сердце бешено билось, а душа готова было покинуть тело. Он думал, что вот-вот потеряет сознание и навсегда расстанется с этой землей, с этим людьми и деревьями, даже не попрощавшись. Услышанная весть привела его в растерянность, он даже не знал, как перешагнуть грязную лужу.

          Холодный, злобный осенний дождь, ливший с вечера, заполнял дорожные ямы песком и глиной, а сверху покрывал опавшими листьями. Неспособный сориентироваться, Хабиб и не понял, как намочил ноги. Раис Хабиб проезжал по этим дорогам сотни, а может, и тысячу раз, но на машине. А в этот раз его не волновали промокшие ноги и испачканная от дождевой грязи одежда. В ушах все еще звенелу услышанные недавно слова:

          – Случилось несчастье. Хуршеда отвезли в больницу.

          – Он в порядке, слава Богу.

          – Его увезли в реанимацию, раис, успокойтесь, врачи говорят, что при авариях такое бывает. Приступ боли лишил его чувств.

          У больницы его встретил главврач.

          – Реанимация, авария, без сознания…, – исступленно мямлил раис Хабиб.

          – Пройдите сюда, – кто-то взял его под руку.

          – Я должен увидеть… реанимация… без сознания, – слышали окружающие.

          Нос Хуршеда присоединенный к аппарату искусственного дыхания был почти не виден. Вокруг него ходили врачи. Вдруг Хабиб потерял сознание.

          – Держите раиса. Отнесите его в мой кабинет, – сказал заведующий отделом.

          Раис очнулся от сильной головной боли. Приоткрыл глаза и лениво огляделся. Хотел спросить «где я?», но не смог, словно язык проглотил. Закрыв глаза, он попытался вспомнить, где находится. Сосредоточился, собрал всю волю в кулак, только бы прийти в себя. Постепенно к нему вернулось чувство и способность разумно мыслить.

          – Раис, отдохните немного, пройдет, – послышался голос его племянницы Заррины, врача этой больницы.

          Он удивился, зачем вокруг него собралось столько врачей, ведь в аварию попал Хуршед. Возможно, они оставили его без присмотра?

          – Хуршед, – произнес он, хоть и невнятно, но окружающие поняли его.

          – С ним все будет хорошо, дядя, сделаем все, что в наших силах.

          Он не пошел больше к сыну. Сейчас для Хуршеда важно его здоровье. «Сейчас не время умирать, надо спасать Хуршеда» – решил он и уставшим голосом обратился к главврачу:

          – Делайте всё, что хотите, только спасите моего мальчика.

          – Мы делаем всё, что необходимо. Он еще молод, толко крепкое.

          После полудня, когда односельчане, окружив немного пришедшего в себя раиса Хабиба, каждый утешал, как мог, Заррина подозвала его к главврачу.

          – Состояние Хуршеда стабильное. Но все же его должен осмотреть специалист.

          – Отвезем в Душанбе к профессору…, – торопливо встал раис.

          – Сейчас лучше не передвигать его. После подобного рода аварий больной 10-15 дней должен неподвижно лежать. Мы не хотим приводить его в чувство, чтоб его не мучила боль. В медицине много отраслей, будет лучше, если его осмотрит специалист, – сделал заключение главврач.

          Раис Хабиб чувствовал, что врачи, как всегда, скрывают что-то для утешения родных и близких. Даже когда у больного тревожное состояние, врачи убедительно говорят о его скором выздоровлении. Он понял, что Хуршед в тяжелом состоянии и требуется опытный специалист.

          – Привезем. Скажите, кого привезти? Машина готова. Только скажите. Кого, откуда? Когда привезти?

          Главврач посмотрел на Заррину и спрсил:

          – Можете привезти Нушину Камоловну?

          Заррина уголком глаза посмотрела на дядю, но предпочла промолчать.

          – Кто она? Где? Откуда привезти? Сколько заплатить? – засыпал вопросами раис Хабиб.

          – Мы сами организуем. Нужна только машина. Заррина хорошо ее знает.

          Раис обратился к Заррине:

          – Иди, дочка. Привези, кого нужно, спаси брата. Машины на улице полно. Я сейчас договорюсь, – раис вышел во двор.

***

          Городской врач кивком головы ответила на приветствия присутствующих и зашла к больному. «Какое высокомерие,-подумал про себя раис Хабиб, – набивает себе цену». Пусть делать, что хочет, лишь бы спасла от смерти Хуршеда. Сейчас он готов отдать этой смуглой стройной женщине все свое богатство и состояние, лишь бы сын был спасен.

          Снова полил дождь. Раис Хабиб вошел в кабинет заведующего отделением. Прошло всего несколько минут, но ему казалось, что с момента, когда Нушина вошла в палату к Хуршеду, прошла целая вечность. Отцовское сердце дрожало, душа опасалась, мысли улетали куда-то в невесомость. Он был как между двух огней, сжав голову руками, ждал заключения врача.

          Он не заметил, как Нушина вышла. Врач посмотрела на задумчивого отца и оцепенела. Раис поднялся навстречу кораблю надежды, ангелу спасения жизни его сына. Когда он подошел ближе, ее лицо показалось ему знакомым, но он никак не мог вспомнить. А Нушина притворилась, что не узнала раиса и, скрыв волнение, принялась изучать историю болезни.

  ***

          С тех давних пор прошло ровно пятнадцать лет. Нушина тогда оканчивала школу и готовилась поступать в медицинский университет. Даже ходила к репетиторам на дополнительные занятия. В то время девушка из горных селений поступали в вузы, не сдавая экзаменов, по президентской квоте. Нушина и еще три девочки прошли собеседование и поехали в город. Одна из девушек – Заррина, на самом деле не прошла беседу. В списке оценок абитуриентов ее имя находилось в самом низу, но ее приписали к троим кандидатам и отправили в министерство. Позже учительница пояснила Нушине, что Заррина едет, так как она – племянница районного раиса.

          – Не бойся, дочка, ты умнее. Бог даст, пройдешь, – ободрила ее учительница.

          Нушине было нечего бояться. Она прекрасно знала Заррину. Они вместе принимали участие в различных конкурсах, ходили к одному репетитору. Она была открытой любезной девочкой, но высокомерной. Многих не признавала. Гордилась богатым отцом и влиятельным дядей.

          – Хотите вы этого или нет, я всё равно пройду, – сказала она перед собеседованием в министерстве.

          Так и случилось. Заррину приняли, а Нушина осталась ни с чем. Она вся в слезах обратилась с заявлением в отборочную комиссию. Руководитель комиссии – высокий, лысый мужчина средних лет, задав несколько вопросов, не отрывая взгляда от лежащих на столе листов, заявил:

           Доченька, место по праву твое, но руководство района настаивает на том, чтобы прошла Заррина.

          – Тогда для чего ваша отборочная комиссия? – не смогла удержать гнева мать Нушины. – Есть хоть капля справедливости? Сколько уже можно? Эту квоту глава государства выделил для бедных семей, сирот и нуждающихся, об этом кричат радио и телевидения, пишут в газетах. Не лишайте надежды мою дочь, сироту.

          – Подождите минутку в коридоре, – объявил руководитель комиссии.

          Не успела Нушина успокоиться, как ее снова вызвали в кабинет и вручили направление. Лысый мужчина напомнил:

          – Доченька, место тобой честно заработано. Ты прошла собеседование. Вот документы. Пусть председатель района распишется, потом сдашь в университет. Поздравляю, ты теперь студентка.

          Обида и боль, пережитая за последний час, испарились в воздухе как водяной пар, как дым от танура. В душе заиграла музыка радости. Но на следующий день слова председателя района заглушили эту музыку.

          Пока я председатель, ни за что не поставлю подпись. Вот, кто вручил тебе направление, тот пускай и расписывается, – он бросил в ее сторону стопку документов, – президентская квота выдана мне, я сам ею распоряжусь.

          И теперь, глядя на раиса Хабиба, который никак не мог ее узнать, Нушина на мгновение освежила в памяти горькие воспоминания, связанные с поступлением в университет. Но она думала, прежде всего, о больном, потому взяла себя в руки. Где – то в глубине души ей стало даже радостно, что она может спасти от смерти его сына, и этот несчастный человек, когда – то ставший причиной ее страданий, наконец, помет, что в мире существует справедливость.

          Нушина тогда отнесла неподписанное направление министру. Тот пожал плечами:

          – Посмотрим, – коротко сказал он.

          Было ясно, что этот должностной человек не хочет портить отношений с председателем.

          Лысый мужчина, руководитель отборочной комиссии, увидев Нушину с матерью у входа в министерство, расспросил об их делах. Мать подробно рассказала ему все. Сжалившись над плачущей девочкой, он решил отвезти их прямо к ректору в университет.

          – Мне сообщили о вашей проблеме. Если у девочки действительно есть знания, мы обязательно поможем, – сказал ректор и обратился к секретарю, – пригласите в соседний кабинет преподавателей химии, биологии, физики, государственного языка и истории. Я сам приму участие.

          Несмотря на неожиданный экзамен Нушина правильно ответила на многочисленные вопросы, и ректор подытожил:

          – Ты прошла, дочка. Нам нужны такие студенты, как ты. Мы ведь готовим будущих врачей. Не расстраивайтесь, такие случаи иногда бывают. И не говорите всюду о том, что мы сделали. Теперь сдайте документы в приемную комиссию, а с первого сентября пусть приходит на занятия.

          Вот так Нушина и стала студенткой.

          В первый же день учебы она встретила Заррину, Соджиду и Сурайё. Позже узнала, что Заррина – благодаря направлению дяди, Соджида и Сурайё – заплатив огромную сумму, поступили учиться. На первом курсе Нушина устроилась в больницу санитаркой, позже – медсестрой в ночную смену, потом – дежурным врачом. Учебу окончила с отличием, накопила опыт и подняла на ноги братьев и сестер.     

          Удивительная штука – судьба, спустя столько лет свела этих двух людей, да еще при таких обстоятельствах. Теперь в свое время гордый и самонадеянный раис нуждается в ней. «Возможно, именно благодаря неуважению и несправедливости раиса, я так усердно училась. Может, Бог хочет, чтобы именно я излечила его», – подумала Нушина и пообещала себе, что сделает всё ради выздоровления Хуршеда.

          Обследовав состояние больного, она пришла к выводу, что его следует тут же немедленно прооперировать. Другого выхода нет. Если передвигать больного, это может привести к печальным последствиям. Мозг сильно поврежден, но рентген показывает, что шанс еще есть. Теперь все зависит от ее знаний и опыта. Она верила, что сумеет это сделать.

          – Бог даст, все пройдет хорошо. Готовьте операционную, – обратилась она к лечащему врачу.

          Раис с надеждой посмотрел на нее.

          – Я прошу вас, спасите моего… – в его горле застрял ком, и он, недоговорив, вышел на улицу.

          Операция затянулась, но прошла благополучно. Вскоре Хуршед уже дышал самостоятельно, без помощи приборов. Нушина, улыбнувшись, сказала заведующему отделением:

          – Передайте раису пусть готовится к свадьбе, а нам с вами еще работать без отдыха, пока больной не встанет на ноги.

          Услышав это слова, раис радостно обратился к Заррине:

          – Ты, дочка, отвези врача домой, – и, вытащив из кармана деньги, протянул ей, – заплати, сколько скажет.

          Заррина все еще держала деньги в руках, когда Нушина вышла из палаты. Она подозвала раиса Хабиба в кабинет заведующего. Другие последовали следом, думая, что сейчас за закрытой дверью начнется разговор об оплате. Одноко Нушина оставила дверь открытой и чтобы все услышали, громко заявила:

          – Раис- бобо, вы должны мне платье на свадьбу Хуршеджона. Я выполнила свой профессиональный и человеческий долг. Деньги лучше потратьте на лечение. Сейчас сложнее раздобыть лекарства, чем ухаживать за больным. Вашему сыну понадобится еще много лекарств, но не всё в этом мире можно купить за деньги, особенно совесть и справедливость. Возможно, вы меня не помните, но я запомню вас до конца жизни. Я та самая Нушина, которая вся в слезах, безнадежно и отчаянно покинула вашу контору. Одним словом, одним недопустимым поступком вы лишили меня веры в людей, государство, во власти. Однако ваш отказ пошел мне на пользу, я усердно училась, и вот, сами видите, слава Богу, добилась всего. Если я заработала, хоть каплю уважения, в этом есть и ваша заслуга. Уважение невозможно купить, ни за какие деньги, но его легко продать.

          Раис Хабиб с обеспокоенным сердцем и терзающими мыслями проводил Нушину. Хотел, что – то сказать, попросить прощения, но не нашел подходящих слов. Теперь он будто обрел новое дыхание, ему стало легче. Он ловко перепрыгнул дождевую лужу, но глубоко в душе заныла рана, которую уже никто не сможет излечить.

  Перевод Тахмины Эмин

Leave a Reply

Ваша адреса е-поште неће бити објављена. Неопходна поља су означена *